Prudence идёт нa Север

Mirrors in Art

У прошлого постинга про Prudence есть две возможности для продолжения – вперёд и назад. Вопрос, почему  современники Фомы Аквинского (тот же Джотто) решили, что вперёд смотрящей Предусмотрительности обязательно нужно приделать зеркальце, уводит в т.н. глубь времён и в необходимости копания в таких вещах, про которые я знаю пока мало (например, зеркала (в) Византии, или зеркала и связанные с ними верования этрусков и/или римлян).

Но также интересен и вопрос – что случилось со всей этой темой потом, и в других географиях. Интерес этот в основном досужий, потому что ответ более-менее ясен заранее – случилось то же, что и со всеми другими темами, которые брали, копировали, на ходу меняя, иногда от непонимания, чаще просто от “испорченного телефона”, но время от времени и от неодолимого желания привнести что-то своё.  Но хотя общий ответ и ясен, остаются нюансы; ими и займёмся.

Выше, например, показан один из рисунков Рубенса. Любой человек, прочитавший прошлый постинг, безошибочно определит сюжет как Prudence – причём, полновесную такую Prudence, и с двумя головами, и с зеркальцем. Откуда Рубенс мог узнать про подобное изображение этой добродетели?

Можно просто гадать, а можно и просто показать – вот откуда:

Advertisements

Романтичные зеркала Романо

Mirrors in Art

Предыдущий кульбит с беззеркальным Рафаэлем был задуман ещё и для того, чтобы рассказать, как бы “кстати”, как раз о Джулио Романо (Giulio Romano, известного также под именем Giulio Pippi, 1499-1546 – см. также инфовиз для понимания контекста).

Смотри, единорог!

Mirrors in Art

Я уже несколько раз упоминал слово Единорог в некоторых из моих рассказов про “зеркала в искусстве”, как название определённого приёма, когда художник показывает нам что-то, что мы не видим на самой картине (а иногда и вовсе что-то несуществующее).

Забавно, что словечко это прицепилось не без влияние вот этой работы, Дамы с Единорогом (The Lady with the Unicorn, или по-французски La Dame à la licorne); “забавно” потому что в ней-то этот приём как раз не используется (мы видим и единорога, и его отражение), а то, что используется тут, я называю Бабочкой. Но концепт красивый, и так он и остался в качестве лейбла.

Картинка наверху – это не вся “работа”, а только маленький фрагмент – и только одного из серии шести гобеленов (tapestries), так и известных под общим названием “Дама с собачкой  единорогом”.