Пикассо и Женщины (и немного про зеркала) (Part I)

Всё продолжая разыгрывать карту Курто (Courtauld Gallery), начну этот эпос про Пикассо с недавнего столкновении с одной из его работ там. Выше – уже некий мой коллаж, а так-то Пикассо написал только левую часть – для меня показавшуюся совершенно не-пикассовской, настолько, что я полез проверить, он ли это был. Для меня Пикассо – что-то совершенно буйное, и в цветах (ближе к тому, что справа), и в формах.  

Конечно, при более подробном изучении становится заметно, что это уже не “голимый реализм”

но и всё равно не так далеко от него. Это действительно очень ранняя работа (1901 года), названная там Жёлтые ирисы (Yellow Irises). На нет никаких зеркал (то, что там отражается – это уже другие картины в зале, отражённые в стекле), но некое отношение к “зеркалам” она всё-таки имеет.

Как мне кажется, это те же самые цветы (или по крайней мере, тот же самый кувшин), что и на другой его картине, этого же года, Мать с ребёнком и цветами (Mère et enfant avec des fleurs).

Это не самое-самое первое зеркало, изображённое Пикассо, но мне показалось правильным начать именно с него. Вообще, надо заметить, что история эта писалась и переписывалась несколько раз (точнее, переставлялась много раз,  так как для меня история – это некоторая последовательность картинок, и от того, что и каком порядке стоит, зависит и история.

В случае с Пикассо отбирать и переставлять можно очень, очень долго – он был какой-то совершеннейшей царь-бомбой современного искусства, разорвавшей весь арт-мир до него и во многом продолжающей это делать и сегодня. За почти век работы (91 год жизни, ~80 (?) лет творчества) он создал более 16 тысяч работ, описание которых занимает 33 тома (т.н. Каталог Зервоса, Christian Zervos).  Даже если бы он у меня был (а новое издание вот-вот выйдет – правда, стоить оно будет 20,000 $), так вот, если бы даже он у меня был, то просто пролистать 33 тома и выбрать оттуда “зеркала” заняло бы, наверное, несколько дней (а результат не сильно отличался бы от пресловутого сбора трусов в надежде на профит).

Но жизнь, как обычно, “спешит на помощь”; в процессе рытья материалов про Пикассо я наткнулся на совершенно прекрасный сайт, PicassoLive.ru (ссылка про 20,000 $US именно оттуда):

Но это не просто блог про Пикассо, а целый проект, в котором некие добрый люди собрали массу интересных и полезных сведений про Пикассо, его жизнь, его творчество, его женщин и его зеркала,  чуть было не написал я. Если бы они написали про его зеркала, мне было бы нечего делать, кроме как поставить ссылку. Обычно я в качестве ликбеза ставлю ссылку на википедию (и английской версии обычно вполне достаточно, хотя с версиями на русском часто всё бывает очень сложно). Но тут русскоязычному читателю повезло, сайт действительно отлично сделан, очень рекомендую там побродить, почитать-посмотреть (а то и проспонсировать их работу).

При наличии такого прекрасного сайта моя работа сильно упрощается – по крайней мере, базовый уровень, когда нужно просто для начала собрать в одно место все “зеркальные работы” (в надежде, что там-то потом и пойдёт клёв начнут прослеживаться паттерны, а то и образовываться инсайты).

PicassoLive предлагает следующее деление творческого пути Пикассo (некая смесь стилей и времени):

Но мне кажется (и особенно в связи с моей темой), что гораздо более удачным будет деление не по стилям, а по Женщинам Пикассо (кстати, довольно часто это практически полностью и совпадает). Эта категоризация тоже очень хорошо представлена, я узнал много интересного и нового.  Так я, пожалуй, и по/приступлю.

Только первой женщиной в списке будет (отсутствующая у них) мать Пикассо, María Picasso y López:

Как водится у гениев, рождение Пабло было легендарным (а точнее, некие события, которые могли бы случиться на самом деле, обросли со временем массой легенд). Это был первый ребёнок молодой пары, и роды были очень трудными – настолько, что появившегося на свет мальчика посчитали мертворождённым, он не подавал никаких признаков жизни.  Брат мужа решил вынести тело ребёнка из спальни, но он при этом курил сигару, и случайно выдохнул клуб дыма в лицо младенцу. По рассказам, тот скорчил гримасу и заорал, дав понять, что он собирается ещё пожить какое-то время.

Мать была без ума от счастья, и всё жизнь считала Пабло даром небес – это в благодарность за это чудо мальчику дали имя, состоящее из имён всех подобающих святых; его полное имя Pablo Diego Jose Francisco de Paula Juan Nepomuseno Maria de los Remedios Crispi Crispignano de la Santisima Trinidad Martir Patricio Ruiz y Picasso.

Обычно много пишется про роль отца в становлении будущего художника – тот был учителем рисования, и это он дал ему и первые уроки, и потом всячески поощрял его дальнейшую учёбу; но мы-то видные психоаналитики знаем, кто влияет на развитие мальчиков в семье. По сохранившимся сведениям, любовь матери к сыну была Космических Масштабов – и судя по всему, взаимной (не говоря уже о том, что внешне Пикассо был вылитой копией своей матери).   Одна из самых ранних его работ – портрет матери (написанный в 1896 году, он подписан ещё Ruiz y Picasso – он начал подписывать свои работы “просто Пикассо” позже, после переезда в Париж).

У Пикассо не существует, насколько я знаю, портрета” Матери с Зеркалом”, но мне кажется, что его бесконечные портреты “Матери и Ребёнка” заякоренены именно на этот детский опыт, безграничной любви и семейной заботы, которой он был всегда окружён.  Картина матери с ребёнком (и зеркалом) выше – пример для меня как раз этой темы, к которой он будет бесконечно возвращаться всю жизнь потом.  (“Злые языки”, правда, говорят, что там нет “зеркала”, а есть “окно”).

Но у Пикассо есть и зеркало, и самое настоящее, и оно появилось даже чуть раньше, в 1900 году:

Эту картину часто называют просто Женщина перед зеркалом (Woman in front of a mirror), но её официальное название – En el camerino (В уборной). Это по-прежнему “ранний период”, но это уже не реализм первых лет. Пикассо уже успел съездить в Мадрид, где он поступил в Академию искусств – и успел бросить её, не проучившись и полгода, поняв, что ничему в ней научится. В Мадриде он потратил больше времени, копирую работы старых мастеров (Веласкеса, Гойя), чем посещая занятия, и вскоре вернулся в Барселону, где начинает общаться с различными “новыми художниками”. Стилистически это расставание с реализмом и освоение, часто слепое, новых веяний – и импрессионизма, и экспрессионизма, и фовизма; все -измы в гости к нам.   Но это ещё и стиль жизни – мягко говоря, распутной богемной.   

Женщины этого периода остались, по большей части, безымянными (в том числе, и для молодого Пикассо). Многие из них были “просто моделями”:

Голубая комната (Ванна) (La chambre bleue (Le tub) (1901) (я, кстати, не буду настаивать, что тут над кроватью висит именно зеркало, это могла быть  и просто картина),

но да, многие были “очень сложно моделями”. Отношения часто короткие, но бурные и дрраматичные – не справившись с одним из таких романов, его близкий друг в то время, Карлос Касагемас, покончит с собой.  Это событие потрясает Пикассо, он впадает в депрессию (его первый “цветной” период, грустный и меланхоличный “голубой”, часто связывают именно с переживание именно этой трагедии. 

Пикассо напишет несколько картин на смерть друга, но я покажу только одну – Похороны Касагемаса – Évocation (L’Enterrement de Casagemas) (1901)

В том числе и из-за изображения роли девушек в его жизни в тот момент.

Поэтому “вторая женщина Пикассо” – это некий коллективный образ. Я нашёл только одну раннюю работу с зеркалом – и это даже не картина, а набросок тушью:

Несмотря на вызвавшие его грустные события (а может, именно поэтому) Голубой период – один из самых красивых у Пикассо; он написал десятки работ, которые сейчас считаются Абсолютными Шедеврами (и которые он тогда безуспешно пытался продать, всё покоряя и покоряя Париж). Даже если бы он создал только эти работы, и потом ничего бы не писал больше, это всё равно был бы отличный мастер; он создал в сто раз больше.

Интересно, что при всей фееричной красоте всех этих голубых портретов (и большому числу женщин на них, разной степени обнажённости), я не нашёл пока ни одного с зеркалом.  Судя по всему, зеркала появлялись у Пикассо только тогда, когда в жизни появлялась Любовь.

Первая Большая Любовь появилась у него в Париже, куда он таки окончательно решает перебраться в 1904 году (четвёртая попытка!), и где он встречает красавицу Фернанду Оливье (Fernande Olivier):

Яркая, рыжеволосая, на голову выше Пикассо (хотя это было не так трудно, Пикассо был очень небольшого роста, из-за чего в молодости ужасно страдал), Фернанда подрабатывала натурщицей, позируя для многих художников (так, несколько её портретов написал ван Донген (Kees van Dongen):

Пикассо тоже напишет множество портретов Фернанды – по сути дела, с неё начался его новый “цветной” период, который потом назовут “розовым” (иногда “оранжевым”):

Сидящая обнаженная (Nu assis, 1905)

Они прожили с вместе почти шесть лет, с 1904 по 1910, самые трудные, наверное, годы в его жизни: бедные, голодные, непризнанные. Это сейчас мы все его работы считаем шедеврами, и некоторые готовы платить многие десятки миллионов (!) долларов за кусочки холста с некоторым количеством краски на них (а то и сотни – несколько лет назад вот эта работа данного периода была продана за 104 миллиона:

А тогда-то их считали бессмысленной мазнёй.  Не все, конечно – именно в это время в Пикассо появляются и первые ценители, и первые влиятельные патроны, включая, например, Гертруду Стайн, властительницу умов в то время Париже:

Но вернёмся к “нашим” зеркалам. Их Пикассо написал ряд, включая два очень интересных с самой Фернандой:

Обе картины называются Туалет (La Toilette), обе написаны в 1906 году и являются,  по сути, версиями одного и того же сюжета. Хотя на самом деле и сюжета-то тут никакого нет, это просто одна и та же девушка, написанная в двух разных позах (которое в нашем воображении образуют “сценку”, с неким классически-греческим оттенком).  Пикассо же просто экспериментировал, изображая (женское, преимущественно) тело в самых разных позах.

У него есть такое же тело, но без зеркала (но с козой):

La Jeune fille à la chèvre (1906)

А есть фигура с зеркалом, но без одежды (правда, это только рисунок, неясно, чем бы там всё закончилось, превратись он в конце концов в картину):

Известно, что Пикассо планировал написать большую работу под названием Гарем (планирую “сразиться” с одалисками то ли Делакруа, то ли Энгра);  от планов остался только такой вот этюд (на нём тоже изображено зеркальце, но другое (ручное), и у другой девушки:

В эти же годы Пикассо пишет множество “цирковых” картин, квартира, в которой они жили тогда, находилась совсем рядом с цирком, в который они ходили чуть ли не каждую неделю.  Он и раньше писал арлекинов, но всё больше убийственно-грустных, в эти же годы он создаёт несколько очень тёплых и нежных, очень “семейных” работ – включая пару с зеркалами:

The Harlequin’s Family (1905)

The Harlequin’s Family (1906)

В это же время написан и рисунок, который часто называют Венера и Амур (иначе как-то неприличная сценка получается), но который, как мне кажется, сам Пикассо считал просто сценкой матери, играющей с ребёнком (и зеркальцем):

Femme se regardant dans un miroir tenu par un enfant (1905)

И последняя работа этого периода с зеркальцем, возможно, самая интересная – тут уже не скажешь, что это просто набор фигур, женщины на этой картине уж точно образуют связанную группу, причём связаны они именно через зеркальце.

 El Peinado (La coiffure – переводящееся на корявое русское “Причёсывание”) (1906)  

Я что-то не припомню ни одной работы, в которой бы одно зеркало держали два разных человека, да ещё и совершая при этом третью совместную деятельность. Ближайшее, что приходит в голову – Смеющаяся парочка  Ханса вон Аакена (Hans von Aachen)

Кульминация этого периода – знаменитые Авиньонские девицы (Les Demoiselles d’Avignon) (1907), огромное, почти 2,5 на 2,5 метра полотно:

 

Это могучая работа, наделавшая много шума тогда, да и сейчас по-прежнему довольно противоречиво воспринимаемая; я бы написал про неё больше, будь ней хоть немножко зеркал – а так могу только прочитать либо старенькие, либо новенькие источники знаний.

Кульминация явила собой и переход к новому этапу, который обычно называют “кубистским” (точнее, не сам “явила”, конечно, а её таковой объявили арт-критики, позже).  Некоторые (тот же PicassoLive, например, выделяют ещё некий короткий промежуточный “африканский” период – другие версии “сезановский” или даже “протокубистский”).  Как его не называй, работы этого времени легко узнаются, по характерной примитивной (или архаичной, если больше нравится) вырубке фигур:

L’Amitié (1908)

которая постепенно превратилась уже в полноценное крошево кубистских работ:

Woman Resting on Her Elbow (Madonna) (1909)

Беда только, что зеркал в этот период практически нет. Конечно, поскольку картина выше называется Мадонна, я норовлю интерпретировать некий круглый объект в левом нижнем углу как “зеркало” (= известный символ чистоты и непорочности Девы Марии), но что-то мне подсказывает, что это притянуто за уши.

“Более или менее” зеркало, найденное мной в работах этого периода, есть на этой картине Женщины с мандолиной (1909):

Woman with mandolin (1909)

И отражение рыжих волос в некой поверхности на заднем фоне, и ножки “зеркала-лошадки” говорят за то… но даже тут я не буду настаивать.

Совсем недавно (не далее, чем сегодня утром), я нашёл одно “настоящее” зеркало этих лет – La Femme au Mirior (1909):

Дальше – больше, работы Пикассо становятся всё авангарднее и  авангарднее :

Но зеркал на них перестаёт быть совсем – а может, они там и есть, при желании на этих работах всё может быть понято как “всё другое”. Чем, например, этот недозакрашенный прямоугольник не “зеркало”? Тем более, что зеркала и арлекины встречались на его картинах и раньше.

Harlequin (1915)

В этот момент я изначально планировал перейти к русской балерине Ольге Хохловой, первой жене Пикассо – но тут внезапно (для меня) оказалось, что у него была ещё одна женщина, Марсель Убмер (Marcelle Humbert), с которой он прожил почти четыре года, с 1912 до её очень ранней смерти в 1915 году (ей было всего 30 лет).  Я не буду пересказывать всю эту грустную историю, она очень хорошо написана на всё том же PicassoLive

А вот тут они показывают картины, которые Пикассо написал с Марсель (которую больше знали под именем Ева Гуэль/Eva Gouel). К сожалению, зеркал с ней нет (что, конечно, сильно подмачивает репутацию моей “теории”, что где Любовь, там и Зеркала; а вот фиг, жизнь как-то поветвистее устроена).

Считается, что на этой картине изображена именно Ева

Femme en chemise assise dans un fauteuil (Eva) (1913)

Вторая серия будет завтра.

Advertisements

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s