The (Broken) Keys to the Splitted Mirrors

В прошлом постинге, который был про современного словенского (а не польского) фотографа Robert-а Hutinski,  я довольно смело собирался отправиться в будущее, чтобы там (или оттуда?) предаться “зеркальной футорологии”. При этом, как ни странно, я довольно часто должен был отправлялся снова в прошлое, хотя бы для того, чтобы показать какую-нибудь аллюзию (которая, разумеется, вполне могла присутствовать только в моей голове, так что это было то ещё прошлое, конечно; скорее всего, только автобиографическое).

Те “прогулки в прошлое” были в основном в сторону Магритта (и возможно, сюрреализма в целом); мне их направление казалось очевидным, но при этом я понимал, что эта очевидность может быть тоже лишь фактом мой биографии, и не больше. Но для объяснения их уместности именно в этом блоге не на что было сослаться, А правильно ли это? подумалось мне, и я решил написать про

Зеркала Рене Магритта

Я начну сегодня не с места в (зеркальный) карьер, а с небольшого лирического (феноменологического даже) вступления-отступления.

Мне кажется, я очень хорошо помню момент, когда я увидел первую для себя работу Магритта – это был фрагмент его Les promenades d’ Euclide (который, по-моему, на русский красиво перевели как “Прогулки с Евклидом”), который поместили на обложку книги по психологии восприятия (по-моему переводной – точное название я забыл уже).

И вот, в те годы – 10? 12 лет? – это был, как это сейчас называют, “полный крышеснос”; то есть, всё вроде бы правильно, правдоподобно, почти соц.реалистично – но при этом совершенно невероятно хакнуто! Причём, на разных уровнях – и что это не два конуса, а, как говорится, четыре совершенно разных объекта, да ещё и написанные тонкой кисточкой на холсте с нарисованным на нём очагом.

Мой сюрреалистический импритинг случился поэтому совершенно позитивным, экзальтированным даже, и долгое время именно это искусство считалось (мной) самым лучшим и самым “правильным” в мире; возможно, ещё в некой паре с дада (и поэтому тогда  “котировались” и Дали, и Дельво потом, и Танги, и Эрнст, и много чего ещё “по списку”).

Я, кстати, по-прежнему считаю всё это очень важным куском искусства, которым обязательно нужно переболеть в каком-то – лучше пораньше – возрасте. Но потом, после этого “какого-то момента” (который у меня случился, я думаю, намного позже, чем у среднего подростка в той же Европе) у меня почему-то на всё (или почти всё) это направление нарос большой зуб. Ещё раз – я по-прежнему считаю всех их и классными, и важными, и много чего сделавшими – но вот как-то недоделавшими свою работу; схалтурившими в какой-то момент.

Это вот как если бы им сдали огромные козырные карты, и можно было бы та-а-ак всё сыграть! А они – каждый по своему – как-то где-то чего-то захомячили, не раззудились, не доразмахнулись, и многие “удары кистью” получились на пятак. Есть, конечно, те, кто в моей табели “недоразмахнулся” меньше других – Дюшан, например, он у меня просто выше всякой критики (надо бы и про его зеркала написать, конечно; да и про всех надо бы. Если бы. Читатель рифмы ждёт “грибы”?)

Ну вот, и с Магриттом тоже такая же история – много чего классного, суперовского, повлиял на культуру итп…. но всё кажется, что мог и бы и побольше. Или не мог? Или это сейчас кажется, что можно было больше и дальше всё это продавливать, а в тот момент это был предел возможного?

Но кстати, если уже закругляться с лирикой, в отношении с зеркалами критиканство такого рода может быть в случае с Магриттом только самым минимальным – тут, как мне кажется, он столько намолотил, что просто грех жаловаться (см. также нехитрый инфовиз в начале постинга).

Сам постинг я построил по уютной хронологической схеме – я покажу последовательно все те “зеркала в искусстве”, который он натворил, разбавляя их всякими другими работами для контекста.

Про ранние годы Магритта известно не так много – намного меньше, например, чем про того же Дельво; правда, стараниями не так давно открытого Музея Магритта в Брюсселе ситуация меняется, они в последнее время нарыли множество интересных данных, и про их семью, и вообще про то времени.

“То время” – это самый конец 19го и самое начало 20го века. Магритт родился в 1898 году, в шахтёрском городке Лесси́н, в бельгийской Валлонии, традиционно очень бедной и неблагополучной области (там и сейчас-то дыра-дырой). Он был старшим из трёх братьев; их жизнь и так была бы не из лёгких, семья всё время нуждалась, но самой большой трагедией стало самоубийство их матери в 1912 году – она утопилась в реке, когда Рене было всего 14 лет. Судя по всему, она была не совсем здорова психически, это была не первая попытка самоубийства и у неё и раньше наблюдались странности в поведении – но как я сказал, точных данных про эту всю историю известно не очень много, а то, что есть, часто можно считать полу-легендами.

Так, например, существует мнение, что Рене присутствовал в тот момент, когда тело матери выловили в реке, и её лицо было покрыто платье – и что это якобы стало поэтому повторяющимся мотивом в его работах; и что эта, например, картина L’Invention de la vie (1928) – чуть ли не прямая отсылка к той трагедии:    


Но последние исследования показывают, что это всё, скорее, семейная легенда. Как и в случае с Дельво, особенно играть в психоанализ не хочется, но боюсь, “Надо, Ф(р)едя, надо!” будет.

Известно, что он начал рисовать довольно рано, ещё в школьные годы, потом поступил в Королевскую Академию Изящных Искусств в Брюсселе (Académie Royale des Beaux-Arts), где познакомился со многими молодыми художниками и “впитал” основные художественные тренды того времени. Академию он, правда, бросил, его не устроил её слишком консервативный подход (за что его потом неоднократно обзывали “недоучкой”, но это не совсем справедливо – в это время он посещает и много других курсов, так что, грубо говоря, “рисовать он умел”).

Примерно в это же время он познакомился и со своей будущей женой; они поженились в 1922 году, и прожили вместе до самой его смерти в 1967.

Первые его работы очень подражательные, и их можно описать как некую помесь кубизм и фовизма, самых тогда популярных и “авангардных” течений. Я не буду тут их тут показывать (зеркал там всё равно нет), и сделаю исключение только для одной – где как раз можно заподозрить какое-никакое “зеркало” ( на заднем плане):

René Magritte – The model (1922)

Но даже если оно и так, и это “оно”, роли оно тут никакой всё равно не играет.

Нет зеркал и в большом количестве его “коммерческой” продукции – в молодости Магритт зарабатывал на том, что мы сейчас назвали бы “графический дизайн”; он рисовал плакаты и другую параферналию для различных журналов и компаний. Одним из его постоянных клиентов был знаменитый дом авангардной моды Norine.

Плакат для Norine (1925)

Заодно издавался и журнал с таким же именем, и Магритт рисовал и для него тоже, но авторство многих работы теперь уже трудно определить точно. Я бы сказал, что эти рисунки словами точно магриттовские, но эксперты пока осторожно ставят “Аноним”:

Первой более-менее “сюрреалистической” работой Магритта считается его картина “Потерявшийся жокей”. В ней присутствуют, конечно, какие-то “элементы сюрреализма”, но я бы сказал, что тут пока больше от дада, с его техникой коллажа и мешанины в одну кашу обычно плохо смешиваемых частей.

René Magritte – The lost jockey (1926)

Надо бы ещё отметить, что это даже и не картина, а рисунок на бумаге, хотя и довольно крупный:

Судя по всему, Магритт считал его очень важным своим достижением, и очень расстроился, когда его в целом заплевали и критика, и юзеры искусства. Но это из серии “худа без добра не бывает” – расстроившись, он уезжает в Париж, где встречается с Андре Бретоном, который заманивает его, как и других многих, в свои сюрреальные сети круги.

Этот период, с конца 1926 и до 1930, ужасно продуктивный для Магритта – по сути дела, именно в это время он создаёт все основные заготовки своих будущих работ, этакий “арт-фундамент”. Многие их последующих его тем и мемов растут именно отсюда.  Я просто для общей атмосфэры поставлю здесь пару работ того времени:

René Magritte – Le visage du genie / The face of genius (1926)

René Magritte – The musings of the solitary walker (1926)

René Magritte – La lumière du pole / The polar light (1926)

Здесь нет пока зеркал, но это вполне узнаваемый уже Магритт, “Магритт, каким мы его знаем”.  

А вот эта работа, хотя и формально тоже “незеркальная”, демонстрирует один из его излюбленных приёмов, этокого разрыва, разноса целого на куски, которые потом соединяются каким-то новым способом (часто – противопоставляются друг другу, как образ и отражение в зеркале); disjointment / dislocation/ juxtaposition.

René Magritte – The double secret (1927)

(Я, кстати, так и не определился (didn’t make my mind, как они говорят) в отношении этого раскола/скизмы – то ли это следствие невротических осцилляций, а то ли шизоидный (банана)-сплит).

Но вот, наконец, и первое Зеркало Магритта:

 René Magritte  – La naissance de l’idole / The birth of idol (1926)

Оно тут, конечно, совсем “никакое” ещё, и во многом просто до кучи притащено. Но притащено, и стоит, и оттеняет.

И ещё – пролагает путь (пробивает туннель?) многим другим зеркалам!

Следующее зеркало – это уже как раз “с места в карьер”; совершенный блокбастер, и просто одна из самых известных работ Магритта, но кроме того – очень интересная игра с зеркалами тоже.  Зеркало используется здесь совершенно оригинальным способом – с одной стороны, это как бы щит, призванный прикрыть, to conceal, но в тот же момент показать, to reveal, чуть ли не больше, чем надо бы, чем то, что пытаются скрыть.


И ещё, конечно, это не отражение, а псевдо-отражение; это, скорее, “зеркало-фотография”, то есть, такая поверхность, которая не отражает, а удерживает в себе отражённое (как цветы-зеркала из Тайны Третьей Планеты).  Того и гляди, девушка начнёт сейчас поворачиваться к нам – в зеркале – как в фильме.

Работа называется “Опасные связи” – Dangerous Liaisons (1926), и я нашёл как минимум две её версии; вот вторая:

René Magritte – Dangerous Liaisons (1926) v2

Я не знаю, является ли эта вторая картина тоже оригинально Магриттовской, или это некий поздний “римейк под Магритта”.

В этот период Магритт писал  довольно много “обнажёнки”, но я пока нашёл только одну “зеркальную”, вот эти самые Опасные связи.

Но и многие не-зеркальные ню интересны с точки зрения проблем рефлексии и “наблюдения за наблюдающими” (темы, которые Магритт, судя по всему, обожал).  Вот его фотография (автопортрет) на фоне картины (автопортрета), на которой он (вос)создаёт свою Галатею.

Всё это потом превратилось в Попытку невозможного (1928)

А вот ещё один знаменитый его проект, Вечное доказательство (The Eternal Evidence (1930)), который заодно показывает и его очередной “излюбленный приём”, связанный с рассечением/расчленением – в этом случае, буквальном:

В оригинальном дизайне предполагалось, кстати, что фрагменты будут смонтированы на зеркальном листе (сейчас они, по-моему, просто висят на стене):

Подобное “распиливание на кусочки”, раскладываение в коробочки, расставление по полочкам тоже стало одним из признаков фирмстиля Магритта:

René Magritte – The six elements (1928)

“Коробочи” могут выхолащиваться до уровня простых слов-подписей (а может, это называется “возвышаться” – до высот концептуального искусства?)

René Magritte – The empty mask (1928)

В одной из таких “расстановочек-раскладочек” мы находим очередное зеркало:

Картина называется ‘Беспечный – а то и Безрассудный, Безумный – спящий’ (The reckless sleeper) (1927).

Такие вот игры с черхардой из значков / иконок / подписей будут теперь вестись постоянно. Но изобилие Знаков и Означающих на картинах не всегда будет приводить нас к Означаемым; скорее, наоборот, всегда будет ловко уводить от них.

Но с другой стороны Трубка не всегда была Не Трубкой.

Rene Magritte – La Pipe / The pipe (1927)

Но была ли Трубкой Трубкой? Да и была ли Трубка-то вообще?

С этим коцептуализмом всегда одни головоломки. Вот, например, очередное шедевральное зеркало Магритта (или “зеркало”?) – что оно как бы нам показывает? Нас самих? Нас самих в самой абстрактной форме? Фигу с маслом? И то, и другое, и семя и овамо?


Rene Magritte – The Magic Mirror (1929)

Это, с позволения сказать, “зеркало” (и его, с позволение сказать, “отражение”) породили длинные ряды подражаний, версий, римейков и тому подобных реаппроприаций (не все их которых, кстати, знали, что они таковыми являются).

Например, знаменитое “предложение” Луиса Камнитзера (Luis Camnitzer) – 1966 года.


которое, в свою очередь, было реаппроприровано мной в юзерпик моей “зеркальной серии”, пока она ещё велась в жж:

(и который по-прежнему работает таковым в соответствующем Tumbler-e).

Или знаменитые “зеркальные предупреждения”, каждое из которых породило по целому интернет-мему:

Моё любимое из этой серии – вот это:

Anouk De Clercq – You Are Here (2008)

В начале 1930-х Магритт возвращается из Парижа в Брюссель. Он по-прежнему не может зарабатывать только на картинах, и берётся за самые разные худ.работы тоже, но это уже намного более зрелый мастер, со своим совершенно особенным стилем. За предвоенно десятилетие он создаёт множество своих знаменитых сейчас картин (в MOMA скоро откроется большая выставка про этот период его жизни и творчества – ну или можно полистать Wikipaintings за эти годы.)

Среди всех эти работ есть и несколько зеркальных; они все хороши, но пара из относится к числу “абсолютных бестселлеров”, но только Магритта, но и всего “искусства зеркаловедения” в целом.

Самое знаменитое, пожалуй – его картина 1936-7 года La Reproduction interdite, “Воспроизведение запрещено”:

В каком-то смысле, это продолжение приёма его Опасных связей, когда зеркало становится “активным”, и показывает “что хочет”. Но здесь оно не просто активно, а самоуправно, и не показывает того, что от него ожидают. Интересно, что такое самоуправство делает зеркало в каком-то смысле более честным, потому что оно перестаёт “зеркально врать”, и переворачивать правое и левое.

Мы знамем довольно много “бесполезных фактов” про эту картину – например, что это портрет (well, портрет) Эдуарда Джеймса (Edward James), английского поэта, друга и в каком-то смысле патрона Магритта (известен ещё один его портрет Магритта, но лица его на нём мы тоже не увидим).

На каминной книжке лежат “Приключения Гордона Пима” Эдгара Алана По, одного из любимых писателей Магритта. Мы так и не узнаем, наверное, было ли это “просто ошибкой” или каким-то слишком хитро закрученным сюрреалистическим приёмом – в отношении книжки зеркало “врёт, как и обычно”, меня в ней правое-левое. Я думаю, что первое, потому что особых каких-то многоходовок Магритт никогда не делал.

Картина сейчас висит в Museum Boijmans van Beuningen, в Роттердаме, в котором мы довольно часто бываем, поэтому накопилось какое-то количество работ, похожих на такую:

Именно это зеркало, кстати, появится на ещё одной его “зеркальной картине”, также довольно известной:


Тут оно, правда, вполне послушное, и отражает всё как и положено, а момент “сюрности” в другом.

И да, картинка выше – это не Магритт, это уже современный римейк, некто Norman Hollands – Magreetings  (1997).

“Настоящий” Магритт выглядит так: 


А называется картина трудно переводимым на русский названием Time Transfixed (1938)

В этих работах зеркала начинают “сливаться с местность”, в данном случае, с интерьером. В ещё одной работе зеркало станет частью мебели:

René Magritte – Homage to Mack Sennett (1934)

А ещё в одной – окна (правда, разбитого):

René Magritte – La clef des champs / The key to the fields (1936)

В последним случае “зеркалом” всё это можно назвать с натяжкой, конечно; скорее, я тут делаю перенос – раньше такой активностью, “зеркальной памятью”, наделялись зеркала, а в данном случае это происходит с простым стеклом. Но его осколки тем самым становятся “зеркалами” (хотя их можно считать и “картинками”, если не быть таким упёртым в тему, как я).

Но самой парадоксально работой этого периода является, наверное, его ‘Фальшивое зеркало’ (Le faux miroir) (1935). Зеркала-то в нём нет – кроме как в названии. Но с другой стороны, человеческий глаз и есть самое первое зеркало, данное нам природой в ощущение:

Известно, кстати, две версии этой картины – вот более поздняя:


Известно, что Магритт очень скептично относился к психоанализу, и даже высмеивал его в своих работах (это, кстати, полезно знать и иметь в виду, когда их рассматриваешь, потому что иначе их можно принять за “доказательства психоанализа”, не понимая, что это на самом деле стёб по его поводу).

Но в любом случае, Винникотт тогда ещё не разработал свои версии психоанализа, и его знаменитая цитата ещё не была даже им написана:


Я писал, что Магритт не отличался в целом какой-то особой изощрённостью своих сюрреальностей, и большинство его приёмом состоят в довольно примитивных перевёртышах – сделай большое маленьким, внешнее – внутренним, мужское – женским, итп:

L’esprit de géométrie / The geometrical mind (1936)

Причём обычно такой бинарный перевёртыш делается по одному на картину – чтобы не усложнять жизнь зрителя; как в современных сериалах: один гэг – один взрыв хохота за кадром.  Но вот недавно я наткнулся на картину, которая чуть-чуть сложнее, чем в среднем по палате:

Le Mouvement perpetuel / Perpetual motion (1935)

Она интересна хотя бы тем, что “зеркал” тут целых два, и разных (в обоих случаях это, конечно, те ещё “зеркала”, но всё равно интересно). Побольше бы таких “сложностей”, и я бы не жаловался на недоиспользованный потенциал, как я делаю в начале постинга.

Вот сам Магритт конца 1930-х – и снова мы видим признаки надвигающегося призрака по-мо – автопортрет себя, рисующего свой автопортрет – рисующего знаменитое Ясновидение (Clairvoyance)

Военные годы были тяжёлыми, конечно, но в Брюсселе, хоть и скрипом, можно было продолжать писать даже во время оккупации (из-за того, что Магритт не уехал, Бретон с ним потом разругался, но к тому времени Магритт был и сам уже Имя в сюрреализме, и ругань эту бретоновскую проигнорил).

Вот одна из картин военного времени (редкий случай, но в ней есть и сама “война”); ещё есть всё то же бинарное противопоставление, и этом случае чуть ли не зеркальное):

Прикладная диалектика / Le dialectique appliquee (1945)

А эта картина с одной стороны показывает некий новый стиль Магритта, который у него появился после войны, более текстурный, более 3D:

The domain of Arnheim (1944)  – название, кстати – отсылка к ещё одном рассказу По.

Но с другой стороны – это как бы и вклад в другую его картину, которая использует тот же трюк с окном/стеклом/зеркалом:

Le domaine d’Arnheim (1949)

Можно сказать, конечно, что это такое ох, помо-самоцитирование; но можно, что и просто тиражирование удачных (“продаваемых”) приёмов, типа, жить-то надо на что-то.

В погоне за “на что жить” Магритт пускался не в такое – так, одно время он даже начал писать подделки Пикассо и Кирико, и продавать их туристам вместе со своим братом. Но затем как-то “жизнь наладилась”, и его собственные картины начали продаваться довольно хорошо, а концу 1950х он стал уже вполне мэтром.

Многие его послевоенные его работы стали культурными эмблемами (не при жизни, разумеется) – Яблоки Вместо Головы, Падающие Человечки В Котелка, та же Не Труба, и многие другие. Но вот “зеркальных” работ после войны создана немного, скажем так, две (правда, обе довольно интересные).

Одна из них – не картина, а огромный цикл, который писался несколько лет, и точное количество работ в нём я даже не знаю.  “Работа” эта называется “Шехерезада”, или иногда Зеркало “Шехерезады”:


(Mirror of) Shéhérazade (1947)

Если бы не название, можно было бы не догадаться, что эта инсталляция является на самом деле зеркалом; но так описанное, она уже ничем другим не может быть, а наоборот, становится очень интересным примеров не просто “активного”, но и “распределённого” зеркала

Как я сказал, Магритт написал целую кучу таких “Шехерезад”- я свалю сюда всё, что пока нашёл:




 

В большинстве своём это такие “отдельно-стоящие” Шехерезады, но в некоторых случаях они встроены в более сложные композиции:

The liberator (1947)

Или в его фирменные “полочки”:

Un siècle de patience (1947)

Вот фрагмент с Шехерезадой:

Почему это стало “Шехерезадой” не совсем понятно – возможно, это отсылка на другой знаменитый рассказ По “1002-я Сказка Шехерезады” (косвенным доказательством этой гипотезы является то, что примерно в это же время Магритт создал несколько своих “каменных” работ, мотив, который тоже в том рассказе упоминается.

Но что известно точнее, так эта модель, с которой писалась эта Шехерезада – это некто Anne-Marie Gillion-Crowet, дочь одного из друзей Магритта, судя по всему – большая поклонница его талана, а впоследствии и обладательница крупной коллекции его работ.

Вот её более “конвенциональный портрет”:

René Magritte – La Fee Ignorant / The ignorant fairy (1950)

Она и сейчас жива, и продолжает превозносить Магритта (на заднем плане, на полочки арт-нувошнго вида видно ещё один её портрет, написанный Магриттом):

Серия (и история с ней) стали очень известными со временем, в каком-то смысле эмблематичными в истории искусства в Бельгии; так, например, там даже выпустили марку, посвящённую этому циклу:


Последняя, самая поздняя из известных мне “зеркальных” работ Магритта – его Personal Values (1951) – что можно перевести и как “Личные вещи”, но и как “Личностные ценности”.


Мне кажется, что в т.н. “общественном сознании” тема “зеркал” как-то не особенно ассоциируется с Магриттом, но сам он6 судя по всему, очень их ценил, и понимал их важную роль в своих работах. Не случайно на многих своих портретах Магритт позирует именно с зеркалами, и всячески обыгрывает тему отражений:

Charles Leirens – Photo of Rene Magritte (1959)

Unknown Author – Photo of Rene Magritte (c.1965)

Про фотографии самого Магритта я ничего не знаю; хотелось бы посмотреть, не были ли они для него таким же важным источником вдохновения, как для Брейтнера, например, и играл ли он с зеркалами и отражениями в своих фотоработах тоже:

René Magritte in Jerusalem 1966

Как и многими другими его работами, “зеркальные картины” стали популярным предметом всяческих перепевов (обычно не особенно оригинальных):


Andrew Matusik brings René Magritte’s surreal Dangerous Liaisons back to reality (2010) (а лучше бы он этого не делал)


Jake Walters reproduces René Magritte’s La reproduction interdite (2010) (эх, тоже)

Мне очень нравятся портреты Магритта, сделанные Дуэном Майклсом (Duane Michals) – но мне правда, почти всё у него нравится, он вообще гений; и про его “зеркала” я тоже хотел бы рассказать; но потом.  Только тут надо иметь в виду, что это “фотографии”. Живого Магритта. То есть, это почти 60 лет назад сделано. Не только фотошопа ещё нет, но и людей, которые его сделают тоже нет.

Duane Michals – Photo of Rene Magritte (1965)

Duane Michals – Photo of Rene Magritte (1965)

Как и многие его работы, эта цитата тоже довольно пошлая (хлёсткая, но кичевая, да и неправильная).  Но как и со многим другим у него, кто-то же должен был и такое сделать? Другие зато теперь могут ещё дальше пресловутый конверт толкать.

Bob Kessel – Rene Magritte (2002)

По некой иронии судьбы в Музее Магритта в Брюсселе (самом по себе довольно интересном) нет ни одной “зеркальной работы”; чтобы как-то исправиться, наверное, они изготовили и выставили а-ля работы Магритта из зеркал в своих витринах:

***

Иконка – на самом деле, она уже была, но пусть формально будет ещё раз:

Я тут намедни жаловался, что я мало пишу про “будущия” и роль зеркал во всём этом; спокойно разобравшись с вопросом, я понял, что таки пишу; только эзотерически, понятным одному мне способом (например, в форме таких вот иконок). Мне-то хорошо понятно, что я тут хочу сказать.

А эксплицитно для других я буду писать, когда мне за это будут платить Много Денег. Наверное.

Advertisements

4 thoughts on “The (Broken) Keys to the Splitted Mirrors

    • Я, кстати, хотел бы напроситься, может, во второй половине сентября; просто с проектами сейчас какой-то депресняк, поэтому как бы и нет мотивации вот прямо “отдыхать”. Но может, это как “бизнес” оформить; например, “консультацию у видного гуру бизнеса”..

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s