Аниш Зеркало Капур

 

Несколько неожиданно (но приятно-неожиданно) для нас оказалось, что в Чикаго у нас теперь родственники. Поэтому получение в какой-то момент открытки с их “восьмым чудом света”, гигантской инсталляцией Cloud Gate, стало неизбежным. Её просто шлют из Чикаго всем.

И тогда и написание постинга про зеркала Аниша Капура (Anish Kapoor) стало тоже неизбежным. Капур наваял так много работ с зеркалами (понимаемыми очень широко, конечно), что пройти мимо него невозможно. С другой стороны, он их так много намолотил, что и подойти к нему тоже невозможно, подавляет и количеством, и качеством (хорошим, as in ‘quality’).

Поэтому про Капура будет серия постингов  (причём, открытая серия, потому что даже если представить, что я опишу всё и вся, он же завтра новые зеркала намолотит; и дай бог, конечно). Пока серия планируется из трёх частей:

– первая, короткая, просто в качестве введения – про его книжку Past.Present.Future. и кое-какие работы оттуда;

– вторая – про его “все другие зеркальные работы” (ну, не все, но сколько руки достанут) с некоторым их анализом;

– третья – самая большая и сложная (но и главная) – и про свой опыт “столкновения” с его зеркалами, и про наблюдения за “столкновениями” других; art mirrors as interactive, immersive experience, как-то так.

 

Сегодня – введение в Капура Зеркального

Я в своё время как-то позорно пропустил открытие одной из его выставок в музее недалеко от нас, поэтому у меня пока нет собственной фотографии художника, так что тырю из сети:

А́ниш Капу́р – британский “современный художник” (в том смысле, что он именно по contemporary art), но он родился в Бомбее, поэтому при случае индусы его записывают в “своего” тоже. Он сейчас один из самых известных (высокооплачеваемых тоже) мастеров в мире, а из индийцев вообще, наверное, №1. Но в его случае это всё довольно заслуженно (это утверждение в стиле “я щетаю), и своё он отпахал честно.

Капур начал активно работать примерно с начала 1980-х, уже в Лондоне, куда они с семьёй переехали в 1972 году. В принципе то, что он делает, злые языки называют “бессмысленные абстрактные и/или минималистические скульптуры”; но это они так говорят, когда добрые, а так-то он часто получает описания типа “нагромождение фигни на палочке, без масла” (сейчас, может, уже меньше, но в те же 1980-е подобной критики было довольно обильно).

Я сейчас не буду хронологически описывать “как всё начиналось”, а сделаю такой “прыжок во времени” – просто недавно мне попала в руки очень красивая книжка, своего рода и каталог одной из его недавних ретроспектив в Америке, и небольшая монография  – вот та самая Past.Present.Future.

 

Собственно, всё что я хотел бы сделать сегодня, это пролистать её вместе, показывая (лишь) некоторые фотографии и выдёргивая пару цитат. Книжка издана в 2008 году, в MIT Press, издана роскошно, на мелованной бумаге, со всякими арт-вставками (правда, её от этого невозможно сканировать, поэтому я сделал фотографии, не всегда удачные, к сожалению.)

Здесь показаны не только “зеркальные работы”, но их тоже немало, и зеркальный титульный разворот сразу даёт понять, что этого добра тут есть:

 

 

Ещё я хочу показать те самые “арт-вставки” – эти такие кусочки из записных книжек и скетч-буков Капура, с его набросками и мыслями.

 

Почерк не всегда можно разобрать, но ambience от их пролистывания создаётся чудесный:

Книжка тоже построена не как хронология, а некие прыжки туда-сюда, комментарии Капура про некоторые интересовавшие его всегда темы и мемы.  Я тоже тогда начну с личных воспоминаний, с одной из первых его работ, которые я увидел “вживую” – с так называемой “беременной стены”:

 

Это довольно древняя его работа, 1992 года, и официальное её название – When I’m Pregnant (английский позволяет сказать такую фразу гендерно-нейтрально, и этого смысл только сильнее). Она очень, скажем так, парадоксальная и “наводит на мысли”. Её, кстати, очень трудно снять, и я делал множество попыток, не особенно удачных (и какими-то делился ещё в бытность centralasian-a – и по-моему даже и в aman-geld-e тоже, надо бы посмотреть).  А мог я все эти попытки делать ещё и потому, что она долгие годы уже установлена в музее DePont в Тилбурге, это совсем рядом с нами, и я/мы довольно часто там бываю/ем.

Вторая его известная работа, тоже находящаяся в коллекции музея, выглядит примерно вот так:

Marsupial (2006)

В музее не именно эта скульптура, но похожая, как и многие современные авторы, Капур часто создаёт версии, “издания” одной и той же работы в нескольких экземплярах и тому подобные штуки. Но вот эта вот уходящая непонятно куда (зачем) загадочная воронка и там, и тут такие же; и одновременно “фирменные” для Капура.

И та, и другая работы довольно странные, причём реальное физическое присутствие с ними только усиливает эту странность. Капур – мастер пространственного (и тактильного, физиологического) парадокса. Но его работам можно просто улыбнуться и порадоваться, а можно – как то делают мастера спорта по худ.критике – наворотить на них густые слои Нарратива: e.g.,  Skin as Structure: Instead of projection toward in depth or outward in space, there is an implosion of space within the surface itself  и тому подобые кренделя. Я это всё могу какое-то время почитать, но потом, конечно, рука тянется к вилке.

Но как бы то ни было, работы его стали пользоваться успехом, начались заказы, включая на изготовление гигантских инсталляций (другой его фирменный знак) – как, например, эта его 35-метровая конструкция Марсей (Marsyas), установленная в 2002 в  Tate Modern:

 

Это всё супер-кул и рок-н-ролл, но мне всегда милее его камерные работы, которые не бьют тебя по голове размахом, а ставят тонкие такие перцептивные подножки. Например, его ранняя работа (1992) Descent Into Limbo, Сошествие к Границе Ада (?)

 

По сути, это просто чорный квадрат круг, только написанный на полу – но эффект тот же, что и от нарисованного в каморке папы очага: люди с готовностью довыдумывают в туда столько кругов ада, сколько у них там есть, и даже больше. То есть, типичная “психотехническая драконоловка”. Вот что он сам говорит про свой проект:

“[I]t extends the idea of manifestation, by which I mean that it implies a sense of the present and of place. The pigment pieces (его ранние работы с цветными объектами) worked with ideas around architecture and the body. This void pieces takes those ideas one step further as they go beyond architecture; they live as holes in the architecture rather than as objects in the space.

“The bring a new complexity to the problem of space, from the point of view of the body. They are about darkness and the uncanny, something half-known or half-remembered. Darkness is something we all know; it is the condition of things when the lights are switched off, but in a way it is also an internal view of our-selves.

“The work makes a material move towards the non-object, which is certainly perceptual but it is also psycho-physical”.    

Вот такие вот тёмные пироги.

 

Чуть позже Капур попытался усовершенствовать взгон “психо-физических проекций” (Turning the World Inside Out II (1995).

 

Это уже не просто пятно на полу, это реальная “бесконечная” воронка, того и гляди – упадёшь в другой мир (ку-ку, Алиса!). А вторая работа из этой же серии, большое отполированное яблоко, близка уже к современным “скульптурным зеркалам”.

 

 

Но интересно, что сам Капур не от неё ведёт начало своей “зеркальной эпохи” (как, например, и не от интересной скульптуры Making the World Many (1997):

 

 

Все эти работы активно используют отражающие и рефлексирующие поверхности, но в узком смысле слова зеркалами не являются.

 

Своим первым “зеркалом” мастер назвал работу под названием Ирис (Iris, 1998) – в ней действительно использовано большое конвексное зеркало.

Но по смыслу она не так далеко ушла от его же ранней работы про “схождение в ад”, и с точки зрения “interface & interaction” её “использование” зрителями тоже было очень похожим – хотя это стало, судя по всему, открытием и для самого Капура:

“It was a three-quarter [mirror] sphere, polished on the inside… To my astonishment it had the same kind of perceptual skin across as Descent into Limbo.

“And it seemed it was not a mirrored object but an object full of mirroredness [=”зеркальности”, “зеркаловидности” – но такого слова нет в английском; пока].

“The spatial questions it seemed to ask were not about deep space but about present space, which I began to think about as a new sublime. If the traditional sublime is in deep space, then this is proposing that the contemporary sublime is in front of the picture plane, not beyond it”.

 

Это всё, кстати, сильно перекликается с Делёзовской Логикой смысла и анализом (дырявых) поверхностей, ну, и тела-без-органов, конечно. Но да мы сегодня не про Делёза. А про Капура. 

Зеркала  в которого внезапно пошли на ура, и спустя какое-то время он начал их гнать ваять в совершенно промышленных масштабах. 

Надо понимать, что худ.замсел – худ.замыслом, но это реально очень много очень сложной работы – чтобы производить такие конструкции, нужна очень нехилая техника (и часто новые технологии тоже). Этот вопрос как-то совершенно не обсуждается – не только в случае зеркал, но и вообще. Никто, например, не спрашивает, а где вы краску подешевле покупаете, а холсты где тырите и тому подобные важные в искусстве вещи.

Я немножко тут тусуюсь с “артистами”, и все эти вопросы для них повседневная реальность – но ни публику, ни уж тем более “концэптуальную критику” это совершенно не колышет всё.

Недавно  ко мне во Фликре обратилась фирма, которая делает для Капура все зеркала (Performance Structures)- им понравились какие-то мои фотографии, и они хотели бы использовать их для своего сайта.  Так я узнал, что они вообще есть, и как много они делают – у них на сайте, кстати, много чего интересного показано, the making of и другие вкусности.

 

Дальше надо просто показывать много-много работ, они и так хороши, и начинают быть заметны некие паттерны; но это уже в следующем постинге. Пока просто пара примеров:

S-Curve  (2006)

Hexagon Mirror (2007)

 

 Ishi’s Light (2003)

 

Последняя интересна отдельно – видно, что Капур пришёл к тому же, что и Буржуа, к конструированию “пространств“; до “клеток” ещё дело не дошло, но так ещё и не вечер.

Тут я хочу сделать маленькое замечание-наблюдения – обратите внимание, что на большинстве снимков нет людей; то есть, можно сколько угодно гнать ля-ля про психо-физическое и иммерсивность интеракций, но по дороге забыть показать, кто же там с кем иммерсивно интерактирует; а то получается, что зеркала сами с собой. Я исправлю это в третьем постинге.

 

Ну, и просто в качестве постинговой петли – я закончу тем же, с чего и начал, с самой знаменитой, наверное, его инсталляцией на сегодня – гигантской, 20-10-13 метровой, 100-тонной хреновиной красивейшей структурой, возлежащей, другого слова-то и не подберёшь, в Millennium Park  в Чикаго.

Её даже и скульптурой не назовёшь; её даже и “ею” как-то не очень называется.

Штуковина быстро стала одним из самых популярных место для (авто)фотосъёмки в городе – я думаю, что счёт уже давно пошёл на миллионы

 

Но вот снова про “интеракции” – там по ссылке множество красивых и оригинальных фотографией, сделанных лучшими профи; но снова, мне милее не они, а те самые миллионы дурациких снэпшотов, которые там ежедневно делаются. Нет, не совсем так – не сами эти фотографии, конечно, а вот этот вот феномен, превращения искусства в виральный, и в социальный объект.

 

Больше Капура в Будущем!

 

Advertisements

One thought on “Аниш Зеркало Капур

  1. “Когда у меня беременность”.

    Гендерно-нейтрально, причем НЕЗАМЕТНО гендерно-нейтрально, можно сказать почти любое. Если потренироваться.

Leave a Reply

Fill in your details below or click an icon to log in:

WordPress.com Logo

You are commenting using your WordPress.com account. Log Out / Change )

Twitter picture

You are commenting using your Twitter account. Log Out / Change )

Facebook photo

You are commenting using your Facebook account. Log Out / Change )

Google+ photo

You are commenting using your Google+ account. Log Out / Change )

Connecting to %s